Сумерки постепенно опускались на город, неся ему спасение от палящего летнего солнца. А это значит, что рабочий день на сегодня подошел к концу. К счастью, режиссер остался весьма доволен заключительными дублями, о чем собственно и говорил в данный момент молодому человеку, добродушно приобнимая его за плечи и порой похлопывая по спине. Лицо мужчины светилось от счастья, его губы растянулись в довольной улыбке, а глаза как-то фанатично блестели, пока он рассказывал о прекрасной судьбе, ожидающей его творение. Признание критиков, высокие кассовые сборы, многочисленные награды…
- Но, признаюсь, это все не только моя заслуга. Ты чудесно поработал сегодня, Юхей. - закончил режиссер свой монолог, вновь обращая свой взгляд на юношу.
- Угу… - едва слышно отозвался молодой человек, все с тем же отстраненно-задумчивым взглядом наблюдая за остальными работниками площадки, собиравшими различное оборудование и атрибуты. – Так я могу уже идти, Омори-сама?
- Да-да, конечно. - поспешно ответил мужчина, отступив на шаг в сторону. – Я жду тебя завтра в тоже время. И не забудь прихватить с собой хорошее настроение!
Молодой человек кивнул и, вежливо попрощавшись, направился в сторону поджидающей его черной машины. Чем ближе он подходил к транспортному средству, тем отчетливее становилось непонятное гудение, напоминающее осиный рой. Оно все нарастало и нарастало, пока буквально не взорвалось девичьими криками. Каска огляделся по сторонам, заскользив равнодушным взглядом по лицам фанатов, вновь устроивших ему живой коридор. Тихо вздохнув, молодой человек продолжил свой путь, не желая попасть в плен протянутых в его сторону рук. И вскоре скрылся от любопытных глаз за тонированными стеклами автомобиля. Машина плавно тронулась с места и постепенно начала набирать скорость, вскоре растворяясь в общем потоке автомобилей, рассекающих по паутине городских дорог. Хейваджима облокотился на дверь и прижался головой к окну, рассматривая пробегающий перед глазами городской пейзаж и наслаждаясь долгожданной тишиной.
Практически всю дорогу молодой человек был погружен в свои собственные мысли, равнодушно уставившись в окно. И очнулся лишь тогда, когда до ставшего родным подъезда оставалось всего несколько кварталов.
- Вы не могли бы остановить машину. - поспешно обратился Каска к водителю, озадаченно посмотрев на него. Мужчина удивленно посмотрел на юного актера с помощью зеркала заднего вида, но скорость сбавил. – Сейчас такая хорошая погода… Мне бы хотелось пройтись до дома… - пояснил молодой человек, открывая заднюю дверь автомобиля, когда та остановилось у обочины. – Не волнуйтесь, здесь всего пара кварталов… - Каска захватил с собой валяющуюся на заднем сиденье кепку и поспешно натянул ее, стараясь скрыть лицо за козырьком.
- Как скажете, Ханаджима-сама. - с легкими нотками неодобрения в голосе отозвался водитель.
Молодой человек проводил удаляющийся автомобиль взглядом и неспешно зашагал по пыльному асфальту, смешиваясь с вечно спешащим куда-то прохожим. Легкий прохладный ветерок с нежностью касался ничего не выражающего лица юноши, играл с его темными прядями волос, робко норовил проникнуть под цветную футболку. И Каска искренне наслаждался этими прикосновениями, так как юноше не часто выпадала возможность насладиться такими вот спокойными прогулками. Однако это чувство спокойствия моментально улетучилась, когда Хейваджима заметил «подарок» судьбы, так ненавязчиво оставленный у порога его подъезда. Толпа журналистов с заряженными наготове фотокамерами и диктофонами осаждали здание, поджидая свою жертву. Каска остановился, размышляя как бы проскочить мимо этих надоедливых людей, чтобы его не заметили. Отвлечь их едва было возможно, и молодой человек решил прорваться сквозь толпу на удачу, надеясь, что никто не обратит на него внимания. Ведь наверняка это сборище ожидало увидеть актера, подъехавшего к подъезду на автомобиле, что подтверждалось заинтересованными взглядами, следящими за дорогой. И, ниже опустив козырек кепки, юноша уверенно направился к заждавшимся журналистам. Вежливо попросив пропустить его стоявших впереди, Каска практически уже добрался до заветной двери, но, к несчастью, его окликнул чей-то неуверенный голос и юноша обернулся.
- Ханаджима Юхей… Это ведь он? – пробежал шепот по толпе, и глаза журналистов вперились в юношу. Хейваджима в знак поражения стянул с себя предмет маскировки, и тут же его ослепили вспышки фотокамер. Особо прыткие искатели сенсации стали осыпать молодого человека разнообразными вопросами, протягивая ему чуть ли не в лицо свои диктофоны.
- Я с удовольствием отвечу на все ваши вопросы... – заверил их юный актер, оборонительно поднимая руку на уровень плеч. – но для этого вам необходимо договориться с моим менеджером о времени и месте проведения интервью. Спасибо за понимание. – и с этими словами Каска проскользнул в подъезд, желая лишь побыстрее оказаться в собственной квартире.